Разбитая жизнь, или Волшебный рог Оберона

Валентин Катаев прожил долгую жизнь, прошёл две войны, пережил застенки ЧК и стал классиком советской литературы. Но даже в глубокой старости он говорил с тем самым густым одесским акцентом, который слышен на сохранившихся видеозаписях. В шестидесятых он вдруг удивил всех новой прозой, которую сам назвал «мовизмом», от французского «дурно, плохо». То ли шутка, то ли кокетство: вещи выходили превосходные. «Разбитая жизнь, или Волшебный рог Оберона» самый крупный образец этой манеры. Жизнь здесь разбита не от горя, а как мозаика: прошлое героя рассыпано на множество эпизодов, и автор собирает их не по порядку, а как вздумается. Перед нами детство городского мальчика на фоне Одессы начала двадцатого века. Вокруг волшебный фонарь, микроскоп, мандолина, игрушечная паровая машина и кусочек фосфора, превращающий обладателя в почти настоящего волшебника. Герой золотит орехи для ёлки, ставит химические опыты, ловит воробьёв на водку и грабит газетный киоск ради детективов о Нате Пинкертоне. Книга пригодится, когда хочется не сюжета, а густой атмосферы и ярких зарисовок. Она про то, как выглядит мир, если смотреть на него глазами ребёнка, для которого каждый день полон открытий.