Бродяга. Том 4

Мы шли к стойбищу не одни. Степь выдохнула конный отряд — они двигались рысью по той же тропе. Сначала я решил, что это другие, не из боя. Пока не разглядел среди командиров знакомого дворянина и с ним — несколько чужих аристократов в дорожных плащах.

Сердце ёкнуло. Всё стало ясно. Эти не ехали на помощь — они ехали за добычей. За результатом. Пока мы с товарищами принимали удары, они выждали в стороне. А теперь являлись, будто хозяева, чтобы собрать плоды чужой крови.

Я встретился взглядом с тем дворянином. В его глазах не было ни признательности, ни стыда — лишь холодный, деловой интерес. Он уже оценивал лагерь кочевников, считал будущую выгоду.

Мы стояли в пыли, пропахшие потом и дымом, с затупленными клинками. А они — свежие, неторопливые, с высокомерными полуулыбками. Вся разница между нами была в этом молчаливом взгляде. Они пришли править. Мы — чтобы выжить.

И степь, только что оглушённая боем, теперь затихла, наблюдая за новой тихой схваткой. Без клинков, но оттого не менее жестокой.