Казачонок 1860. Том 2

Схватившись за голову от дикой боли, он открывает глаза и видит не палату госпиталя, а закопчённые брёвна чужого хлева. Тело саднит от побоев, память боевого ветерана намертво впаяна в сознание подростка, а вокруг - казачья станица с её крутым нравом и законом кулака. Вместо привычного автомата в руке оказывается тяжёлая нагайка, и каждый день здесь проверяет на прочность. Чтобы не пропасть в этом жёстком мире девятнадцатого века, герою нужно сжать зубы и учиться жить заново. Станичные казаки не признают слабости, а старые раны мальчишки дают о себе знать в самый неподходящий момент. Сила воли и холодный расчёт ветерана - единственное, что отделяет его от участи изгоя. Он встаёт, опираясь на стену сарая, и трёт ушибленное плечо. Где-то во дворе звякнула уздечка, и кто-то негромко выругался - новый день в станице только начинается.